Островная поэзия

Это высказывание зреет во мне уже несколько месяцев, но все не было повода оформить его в текст. А теперь есть. Мне в руки попали два pdf-файла недавно выпущенных в петербургском издательстве «Порядок слов» книг поэтесс Елены Костылевой и Насти Денисовой. С такими файлами я всегда поступала одинаково — просила их у издателей или авторов и не читала. Не читала я и купленных или подаренных бумажных книг. По одной простой причине — почти любые поэтические публикации вызывают у меня тревогу, граничащую с панической атакой.

Уже очень давно я не читаю современную поэзию. Да, это такой каминг-аут на грани фола. За последние несколько лет современная поэзия стала для меня не пыточным домом языка, как писал Славой Жижек, а домом пыток в прямом смысле этого слова. Это пространство, в которое я прихожу утешиться, но вместо этого меня растягивают на дыбе. Что произошло со мной и поэзией? Во мне все еще жива надежда, что есть текст, который может меня утешить и что-то такое рассказать мне обо мне же, чего я сама о себе вспомнить не могу или совсем не знаю. Такой метод чтения Григорий Дашевский называл романтическим. Одновременно с ним я бы обозначила и романтическое письмо.

Что это за письмо? Я бы объяснила его через метафору магнита, брошенного в коробку с гвоздями, шурупами и прочим металлическим сором. Все мелкие вещи плоскостями и стержнями тянутся к магниту. Когда я пишу романтический текст, я надеюсь, что каждый/ая читающие найдут в этом тексте место для себя и собственного отражения. Эта парадоксальная возможность сказать за всех завораживает. Романтический текст может сопрячь в себе абсолютные противоположности. У магнита есть полюса. Такой текст привлекателен как фигура гения, в которую так часто вшиты несовместимые качества: он так холоден к близким вещам и так сентиментален при рассмотрении далеких, он захлебывается от пафоса в разговоре об абстракциях и поступает как последний подонок с близкими ему людьми.

Единственным опытом, который может объединить людей сегодня, как ни странно, является опыт одиночества и утраты связей с целым.

Мой орган чтения по-прежнему требует романтических текстов. Он томится по поэзии, которая могла бы рассказать мне обо мне. Не скрою, я испытываю тоску и горечь. Крушение великих нарративов оставило внутри меня дыру, которую я невротично пытаюсь заполнить. В своем чтении я похожа на промышленный пылесос — я втягиваю в себя все тексты подряд, но сытости не чувствую.

Современная поэзия — это пытка голодом. Пытка — это повод перестать читать современную поэзию, перестать думать о ней. Ведь каждый раз, сталкиваясь с текстами даже самых близких мне авторов/ок, я впадаю в беспамятство. Поэзия кажется мне чем-то бесполезным и местечковым, наскоро слепленной дешевкой, выдающей себя за то, что есть смысл читать.

Но пытка голодом может стать поводом и к поиску нового метода чтения. Когда я встречаюсь с текстами современной поэзии, я чувствую между нами огромную пропасть. Я живу в мире гетерогенного знания и сложной системы границ. Единственным опытом, который может объединить людей сегодня, как ни странно, является опыт одиночества и утраты связей с целым. Но в состоянии одиночества и утраты все ведут себя по-разному враждебно. В своей книге «Одиночество в городе» Оливия Лэнг цитирует кого-то из исследователей этого состояния. Она пишет, что одиночество в большинстве случаев усугубляется и поддерживается чувством страха преодоления самого одиночества.

Я бы хотела обратиться к эмпатическому чтению, которое, как мне кажется, приходит на смену романтическому.

Огромная бездна разнящихся опытов увеличивает страх сближения. Это мощное усилие, часто невозможное для современного читателя, — усилие эмпатическое. Я бы хотела обратиться к эмпатическому чтению, которое, как мне кажется, приходит на смену романтическому. Функция автора в романтическом чтении — обслужить чувства читателя. Конец этого метода чтения в 2012 году объявил Григорий Дашевский. Оно, к слову, не работает уже больше десяти лет, но тянется тенью утраты в сердцах читателей. На смену романтическому чтению должно прийти чтение эмпатическое. Это тот регистр чтения, в котором текст вскрывается как равное читателю бытие. Он не служит утешением, он не служит зеркалом, а наоборот — проявляется как равный собеседник. Этот метод чтения можно назвать еще и постколониальным. Это трудное чтение, практически недоступное для меня лично, но от этого еще более притягательное и кажущееся возможным.

Когда я пытаюсь представить себе карту современной поэзии, я вижу бесконечные острова в океане. И каждый остров — это не отдельные школа или направление со своими собственными эстетическими установками и правилами письма. Острова — это отдельные тела поэтов и поэтесс с их голосами, опытом и знаниями. Некоторые такие острова держатся в близости друг к другу — такие конгломераты объединены эстетическими тенденциями, исследователь современной поэзии Илья Кукулин в своих статьях настаивает именно на таком обозначении; другие острова перемещаются между телами и созвездиями тел. Среди островов есть и острова-мертвецы, но все существуют в одном пространстве и одной коммуникации.

Эмпатическое (постколониальное) чтение — это бережное путешествие по островам поэтических тел. Это большой труд преодоления культурной и опытной пропасти не на территории иностранных земель, а внутри культуры, которая все еще кажется единой за счет языка (русского), но после пристального рассмотрения оказывается враждебной из-за своей предельной инаковости.

ЛИТЕРАТУРА: ВЫБИРАЙТЕ ГЕРОЕВ ДЕСЯТИЛЕТИЯ

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Источник: colta.ru

Play Fortuna регистрация

Официальный сайт

casinoplayfortuna.pro

Мойка самообслуживания бизнес форум

Оборудование для мойки самообслуживания под ключ

kosmetiksavto.ru

Камни для скалолазания

камни для скалолазания

unitsport.ru

Добавить комментарий

Next Post

Машина для разгона народных бунтов — СКНВ

Вс Дек 22 , 2019
Это высказывание зреет во мне уже несколько месяцев, но все не было повода оформить его в текст. А теперь есть. Мне в руки попали два pdf-файла недавно выпущенных в петербургском издательстве «Порядок слов» книг поэтесс Елены Костылевой и Насти Денисовой. С такими файлами я всегда поступала одинаково — просила их […]

Недавнее